четверг, 25 января 2018 г.

М.Ю. Лермонтов и Дж. Г. Байрон


Шестнадцатилетний М.Ю. Лермонтов писал:

Я молод, но кипят на сердце звуки,
И Байрона достигнуть я б хотел;
У нас одна душа, одни и те же муки, –
О, если б одинаков был удел!..

Через два года он заявляет другое:

Нет, я не Байрон, я другой,
Еще неведомый избранник,
Как он, гонимый миром странник,
Но только с русскою душой.

Эти строки – пробуждение национального самосознания поэта с «русскою душой».
Своей поэзией, в которой сочетались скорбь, ирония, воля к победе, Байрон вызывал интерес у многих представителей мировой литературы XIX века. Появилось направление, известное как «байронизм». Оно оказало влияние и на раннее творчество М.Ю. Лермонтова.



Троюродный брат М.Ю. Лермонтова А.П. Шан-Гирей вспоминал: «Вообще, большая часть произведений Лермонтова этой эпохи, то есть с 1829 по 1833 год, носит отпечаток скептицизма, мрачности и безнадежности, но в действительности чувства эти были далеки от него. Он был характера скорее веселого, любил общество, особенно женское…».
Впервые с произведениями Дж.Г. Байрона в переводах В.А. Жуковского, И.И. Козлова и других русских авторов М.Ю. Лермонтов познакомился в Москве.
Близость к Байрону проявилась в поэмах «Хаджи Абрек», «Боярин Орша». Лермонтов позаимствовал не только отдельные ситуации из «Гяура», «Паризины», «Осады Коринфа», но и определенные черты байроновских героев. Строки Лермонтова «Мой дом везде, где есть небесный свод…» и отрывок «Синие горы Кавказа…» имеют параллели в «Чайлд Гарольде». Но Лермонтов всегда оставался самим собою и, по словам Ахматовой, «начал писать нечто такое, где он никому не подражал, зато всем уже целый век хочется подражать ему».

Комментариев нет:

Отправить комментарий